«Я — ребёнок антикваров, так что вот…» — говорит Тамсин Джонсон, пытаясь объяснить, как её родители, которых она называет «страстными эстетами», глубоко сформировали её мировоззрение, карьеру и то, как она обустраивала свои дома. Родившись в Мельбурне, Тамсин сначала изучала моду, прежде чем переключиться на интерьерный дизайн. После учёбы в Лондонской школе дизайна Inchbald работа с признанным австралийским интерьерным архитектором Доном МакКволтером оказала большое влияние на её раннюю карьеру. Оттуда она пошла своим путём и в 2013 году открыла собственную практику в Сиднее. «Я усердно работаю и у меня много решимости», — говорит она просто.
Теперь она известна проектированием стильных, расслабленных домов по всему миру, а также отелей и торговых пространств — в частности, для модного бренда её мужа Патрика, P Johnson. Пара и их двое детей живут в сиднейском пригороде Дарлинг-Пойнт в доме 1920-х годов под названием Кендалл-Лодж, который стоит посреди круто террасированного участка и смотрит на восток, в сторону залива. Разделённое на три уровня, историческое здание было в хорошем структурном состоянии, и Тамсин нашла красоту в его поблекших следах ар-деко. «Это было то, с чем мы могли работать с уважением, но участок и сады требовали большой работы», — вспоминает она. «Подход заключался в том, чтобы сохранить его и встроиться в его эстетику, а не проводить радикальную трансформацию», — добавляет она. «У нас дети, поэтому было нужно превратить подполье в пригодное пространство. Мы добавили арки и отодвинули пространство назад; теперь там находятся ванная, игровая и небольшая гостиная, которая может служить запасной спальней».
Если некоторые дизайнеры признают наличие «страха чистого листа» при проектировании собственного дома, то Тамсин находит это освобождающим. «Когда нет ограничений, я могу быть беспощадной и бескомпромиссной», — говорит она, добавляя: «Наши собственные дома всегда были возможностью для меня расширить себя и сказать „это — я“ на полную мощность».
Тамсин известна умелым сочетанием предметов из разных мест и эпох, чтобы создать личный, многослойный нарратив, всегда с долей неожиданности. Нет лучшего примера, чем её собственная гостиная — её любимое место в доме. Здесь сверкающая антикварная люстра и внушительный каменный камин соседствуют с мягкими диванами и яркой современной фотографией. Эффект — утончённый, но игривый. «Это ровно то, что для меня означает комфорт — богато детализированное, глубоко уютное и не чрезмерно экспонированное, как это модно в современных пространствах открытой планировки», — говорит она. «Комната действительно раскрывается вечером; ночное время — лучшее время там находиться».
Хотя именно она является движущей силой в интерьере, пара всегда получала удовольствие от совместного создания проектов. «Это такой источник радости для нас, и между нашими мирами мало разделения, ведь всё это подпадает под знамена искусства и дизайна», — говорит Тамсин. С общим эстетическим видением они действуют как «объединённая сила» на работе и дома. Но это не значит, что всё всегда идёт гладко, добавляет она с подмигиванием. «Мы часто спорим, и это хорошо, но по всем интерьерным вопросам последнее слово остаётся за мной».
Настоящая дочь антикваров, она старается не слишком привязываться к вещам, но есть предметы, которые она никогда не продаст. Один из примеров — «необъяснимо идеальный» цилиндрический барный шкаф из пергамента, найденный на знаменитом блошином рынке Клиньянкур в Париже, и пара кресел Фрэнка Ллойда Райта — ещё один. «Они такие сдержанные и кажутся идеально недоработанными, если это имеет смысл», — говорит она. Эти вещи идеальны для дома, который служит и местом для вечеринок, и убежищем от бешеного ритма повседневной жизни. «В здании так много граней, которые делают его либо спокойным, либо подходящим для приёма гостей», — замечает Тамсин, добавляя, что дом научил её тому, что хотя нас приучили стремиться к более широким планировкам, у более высоких зданий тоже есть свои преимущества. «Более высокий профиль, похоже, подходит для крутого участка, и кажется, что он стоит там больше ста лет».
Для Тамсин было важно, чтобы дом выглядел уютным и уверенным в себе, и ей это удалось; он сохранил свою суть и легко принял изменения, которые внесли Тамсин и Патрик, а также эклектичную смесь предметов, которые они привнесли. «Возможно, он неожиданен в своём дизайне, но не неуместен», — говорит она.
С недавним открытием шоурумов P Johnson в Лондоне и Сиднее и ещё одним новым пространством в Нью-Йорке в разработке, Тамсин чувствует, что нашла своё русло в области роскошных розничных пространств. У неё также несколько жилых объектов, загородный дом и курорт в работе, и ранее в этом году она выпустила новую книгу, отражающую её последние проекты, Tamsin Johnson: Contrast, Space, Harmony. Ей трудно указать самый гордый момент в её карьере на сегодняшний день, объясняет она: «Я стараюсь вкладываться во всю свою работу на полную». Хотя приятно работать над отелями и торговыми шоурумами из-за иных мыслительных процессов, которые они подразумевают, есть нечто чрезвычайно удовлетворительное в преобразовании семейного дома, говорит она, «потому что ясно, какое удовольствие они от этого получают». Её собственный дом прекрасно иллюстрирует этот тезис.
